Романтическая история

В сердце древнего дворца, где стены шептали легенды о богах Индии, а ветер нёс запах жасмина и курения индийских благовоний, жила принцесса Киара — дочь единорога и луны, облечённая в ткани, сотканные из звёздной пыли. Её глаза, как надписи на свитках Вед, читали тайны мироздания, но не могли прочитать собственного сердца — до тех пор, пока не пришла Алина.

Алина — казачка, с волосами, что буря на донских степях, с рука́ми, знающими свинец и соль, с голосом, что поёт северные песни о волках и воле. Её привезли как посла от Северных земель, но в её глазах не было политики — только искра, которая сожгла все границы. Когда они встретились у сада каменных статуй Шивы и Индры, где пыль солнца лежала на плечах богов, Алина не поклонилась — она подняла взгляд и улыбнулась. Киара замерла. Ни один посол, ни один принц не смотрел на неё так — без страха, без поклона, как будто чужая душа была её родной.

Запреты ревели, как бури Тибета. Дворцовые советники кричали: «Она — чужая! Её кровь — языческая!» Они пугали Киару легендами: «Казаки крадут души, а завтра — и троны». Но Киара вспоминала, как Алина в бессонную ночь пела ей песню о соколе, который нёс котёнка на спине — так, чтобы никто не заметил, что душа одинока. И в ту ночь молитвы индийских богов смешались с шепотом казачьих заговоров, и ветер выбирал, кто из них слышит.

Они тайно встречались в храме забытой богини — той, что символизировала любовь, не ограниченную родом или крови. Там, под резными статуями с сочетанием шива-символов и украинских орнаментов, Алина училась писать на санскрите, а Киара — плести косы, как те, что носили казаки перед битвой. Их руки касались — и мир дрожал. Там, где посол Индии видел инородца, Киара видела своё отражение — в её смехе, в грубой ласке её пальцев, в том, как она держит её, не как принцессу, а как женщину — вечно немного уставшую, но несгибаемую.

Когда король приказал увести Алину, Киара пошла к статуе Агни — бога огня — и сказала: «Если любовь — грех, то я согрею мир своим пламенем». Она разрушила барьеры между дворцами, скинула корону и протянула руку Алине — не как принцесса, не как дочь, а как женщина, любящая без вознаграждения.

И тогда боги Индии — Шива, Лакшми, Картикея — впервые за века закрыли глаза. Не в гневе, не в разочаровании — а в смирении. Ведь любовь не ждёт разрешения, чтобы быть настоящей. Алина и Киара ушли в долину, где деревья обнимаются корнями, а река поёт на двух языках. Там, где раньше лежали только письма послов и ритуалы, теперь растёт сад — из пальм и ивы, из пахучего табака и жасмина.

Сегодня, если пройти туда в тишине перед рассветом, можно услышать: — «Молись, но не для власти. Молись, чтобы любить».

Иногда боги отвечают не в молитвах. Иногда — в звуке двух сердец, бьющихся в унисон, несмотря на то, что мир сказал: «Это нельзя».

Благодаря любви —

• не стало различий между казаками и послами,
• не стало запретов на поцелуи в свете луны,
• не стало богов, которые боялись души, не помнящей своей крови.