Утро короля-садиста
Король проснулся от того, что его подушка незаметно подняла белый флаг. Или, точнее, его собственная нервозная левая нога в очередной раз пыталась сбежать в сторону гостевой комнаты — туда, где лежал пленный генерал с усами, напоминающими спутанные провода от сенсорной лампы.
«О, моя жестокость», — прошептал он, гладя постель, где еще держалась тёплая вмятина от чужого тела. — «Ты вчера была… ну… *слишком* впечатлительной». Он вспомнил, как велел прижать врага к ковру с бархатными ворсинками, чтобы тот слышал, как шелестит его собственный доспех — но забыл снять перчатки, и теперь у генерала остался мемориальный след в виде бабочки из пота и гематом.
Завтрак был необычным: хлеб с джемом из гранатов, свежевыдавленных из личного лимонного дерева в тюрьме — «чтобы он понял, что даже кислый вкус может быть сладким, если его погрузить в сталь». И, конечно, чай с кусочком мёда — подарок от пленного, который, судя по гримасе, думал, что это мед от пчёл, а не от собственного носа.
Сегодня планы? Прогуляться по саду. Но не просто так — с кривыми скамейками, которые он велел перестроить по форме его пленника. Теперь каждое сидение — это поза, в которой он заставлял генерала читать декларацию о капитуляции. «А если он придет сюда?» — подумал король, ловя себя на мысли, что, возможно, генерал теперь знает все шахматные тонкости — просто потому, что вынужден был ими заниматься на коленях в течение ночи.
Король улыбнулся, увидев, как садовник вдруг залился смехом: тот, казалось, решил, что король устраивает «Интерактивный Музей Падших Врагов». На табличке у бассейна, где вчера тонула лошадь (кстати, *очень* неаппетитно), теперь стояло: «Аттракцион “Кто плачет громче — генерал или кувшин с лимонадом?”».
Ведь разве не прекрасно, когда мщение — это не сталь, а шутка, написанная на стенах, где до этого были слезы?
Король взял в руки крошечный шпатель из слоновой кости — инструмент, который он использует, чтобы выковыривать из пола кусочки утреннего солнца, когда они липнут к ботинкам. Он шепнул: «Доброе утро, генерал. Сегодня ты будешь в роли шеф-повара. Мы сделаем торт… с вишней из твоей чести».
И, к своему удивлению, впервые за семь ночей — он не стал ждать, пока враг плачет. Он просто… посмеялся. И это было страшнее всего.