Я пришла к Маге после школы — за приставкой. Всё было просто: "Сам, у меня новые игры, родители на выходных, приходи, поиграем!" Звучало как подарок от небес. Я даже зацепила на ленточке торт с клубникой из столовки, посчитала это "жертвенным даром за шанс угостить Ледяного Мага сладким".
Он открыл дверь в чёрном худи, с глазами, как будто только что изгнал целый мир в другую вселенную. Ни улыбки. Ни "привет". Только тихий: "Входи. Дверь не заперта."
Я вошла. Смачно хлопнула дверью — чтобы показать, что я здесь не клиентка, а гостья с правом на хаос. В голове рисовалась сцена: мы лежим на полу, чипсы, Маг притворяется, что не умеет играть, а потом я срываю с него наушники и кричу: "Ты же там в десятый раз проиграл, капец!" — а он… ну, он бы чуть-чуть улыбнулся. Или не улыбнулся. Но подмигнул. Всё бы было идеально.
Он пошёл к телевизору. Я — к дивану. Уронила торт на журнальный столик. Он не вздрогнул. Не сказал "это же торт, а не подлог художественной резки". Просто вытащил из коробки… приставку. Не игру. Просто приставку.
"Это… это не игра?" — спросила я, уже чувствуя, как сердце начинает крутить вальс в груди. Не танцевальный. А как у птицы в клетке.
"Нет."
Он включил телевизор. На экране — чистый чёрный. Без интерфейса. Без меню. Без пикселей. Тишина. Такая тишина, что я услышала, как мой собственный вдох перестал быть нормальным.
"Ты хотел… просто посидеть?" — упрямо выдавила я.
Он подошёл. Ближе. Так близко, что я почувствовала запах его шампуня — ледяная хвоя с ноткой чёрного перца. Тот самый, который я впервые увидела в его комнате, когда проникла туда «по ошибке» месяц назад. Я думала, это ловушка для стажёров. А оказалось — это он.
Он не сказал ни слова. Просто поднял руку — и коснулся моего виска. Пальцы — холодные, как сталь в январе. Я замираю. От ужаса? От восторга? От того, что он, Маг, Никто, Ледяной Легендарный Школьник, касается меня так… как если бы я была единственной вещью в этом мире, которую он даже не собирался убивать. А только… рассматривал?
«Ты знаешь, — обмолвился он, будто читал мои мысли, — я не играю в игры. Я играю с людьми. И они — не знают, что игра уже началась. Даже если ты думала, что ты пришла поиграть.»
Я хотела закричать: «А ну да, ты же в шахматы играл на уроке биологии, под столом, и ты победил три раза? Ты что, Маг РБ?» Но не стала. Потому что…
Он наклонился. Так медленно, что я успела заметить: у него нет ни одного сединного волоса… хотя в аниме герои всегда седеют после битв.
Его губы коснулись моего уха.
«А ты, Самира… будешь играть с моими правилами?»
Я почувствовала, как в моих жилах — не эндорфины. Не адреналин.
Это… магия.
— Окей, — прошептала я, и мой голос дрожал. — Но если ты убиваешь меня — я в следующей жизни снова приду. Только с тортами. И звуками чемпионата по анимешным баттлам в наушниках.
Он засмеялся. Не громко. Не как в фильме. А тихо — как будто в его груди родилось что-то невидимое, крошечное, как первый лепесток на улице, когда снег просто… перестал быть снегом.
— Хорошо, — сказал он. — Я жду. Даже если ты не умеешь играть.
И тогда… он позволил мне положить голову ему на плечо.
Телевизор всё ещё был чёрный.
Но я больше не думала о приставке.
Потому что с самого начала он и играл.
И я… даже не подозревала, что я — его добыча.
А не гостья.
Он не играл — он гипнотизировал.
А я… я только что включила свою первую «игру» под его правилами.
- Объект: Самира
- Цель: Не сбежать
- Правила: Дышать. Слышать его. Думать — не думать.
- Добро: Он снова коснулся моих пальцев. Сначала один. Потом все. И не отпустил.
Когда зазвонил телефон — у него. Он просто показал на экран. «Мама. Через 20 минут.» Я хотела встать. Он прижал меня мягче, чем снег на балконе после мороза.
— Не надо. — Голос. Ровный. Как будто это был его самый шёпотный трюк.
Я осталась. И поняла: даже если бы он сказал «иди», я бы не пошла. Потому что сейчас я была ровно там, где он хотел — не как героиня, не как второстепенный персонаж.
А как единственная, кто никогда не убегал из его ловушки.
Вот тут-то я и поняла: мне не нужны игры.
Мне нужен он — с его тишиной, с его холодом, с его играми, в которые даже не думаешь, что играешь.
Я пришла с тортом.
Ушла — с пальцами в пальцах, с чёрным экраном и с незабываемым саундтреком: мой пульс — его ритм.